Бөгөн ул БПЛА операторы

Когда солнце садится и затихают все звуки, над передовой в небо поднимаются другие «птицы». Тихие, почти бесшумные. Задача тех, кто за их пультами – засечь  едва уловимый след врага. И ничем не выдать себя.

Наступает время ночного охотника. Для него тьма – не помеха, а союзник. Здесь всё решают терпение, зоркость и … одно неверное движение.

Четыре года назад старший сержант с позывным «Лютый» даже не догадывался, как круто изменится его жизнь. В зону спецоперации он попал с первой волной частичной мобилизации. Добродушный парень из Бедеева Поляны, из простых, работящих. До СВО зарабатывал ремонтом автомобилей. Сегодня же его служба прочно связана с пультом управления – он оператор дронов. А его главное оружие – тишина  и ночь. Первые два с половиной года Лютый  служил в  428 - ом  мотострелковом, ходил в штурмы. Но даже тогда, в редкие минуты затишья, он пытался самостоятельно разобраться в беспилотниках. Тренировался, набивал руку. Командование заметило упорного бойца – его отобрали в группу для обучения на оператора БПЛА. Учеба далась легко. В детстве, как и многие мальчишки, он любил «игрушки с джойстиком». Но если в компьютерной игре ошибка стоит виртуальной жизни, то здесь цена промаха неизмеримо выше. «Тут пальцы должны быть чувствительными, а реакция – мгновенной, - объясняет он. – Тяжелее  всего зимой. Пальцы замерзают, перестаешь чувствовать устройство, глаза от напряжения сильно устают». Лютый – «ночной  охотник». Так на фронте называют тех, кто поднимает свои машины в небо исключительно после заката. «Бывают дневные и ночные птицы, -  поясняет   он. – У  меня ночная. Главная задача – разведка, поиск противника». В темноте ориентироваться сложно, форс - мажоры случаются постоянно, и пилот обязан реагировать мгновенно. Работают ребята сплоченной пятеркой: два дневных пилота, два ночных (старший и помощник), а пятый – тот, кого между собой называют «ноги». Он обеспечивает быт, ходит за провизией. Кстати, о технике Лютый говорит с особой теплотой. О башкирских беспилотниках, которые поступают на фронт, он отзывается  очень хорошо: «Самая рабочая, самая лучшая и надёжная». В периоды затишья на этих же дронах бойцы умудряются доставлять продовольствие на позиции. А потом загружают их уже снарядами.

Суровая охота

Несмотря на тяжелый опыт, в разговоре Лютый поражает  глубоким знанием дела и спокойной уверенностью. Технологии не стоят на месте: появилось много бесшумных дронов, заметить и перехватить которые крайне сложно. Но, как замечает старший сержант, на качестве работы его команды это не сказывается. Сам он человек открытый и приятный в общении. Трудно поверить, что за плечами этого улыбчивого собеседника – четыре года службы на передовой  и три ранения. Суровый позывной он получил еще в мотострелковом батальоне, когда был замкомандира взвода. «На службе я категоричный, строгий, требовательный к себе и другим, - признается он с улыбкой. – Стараюсь никогда не опаздывать и ничего не откладывать на потом. Первым делом – задание». Лютый убежден: это качество передалось ему от отца. Отец воспитал его так, что он не может подвести  своих боевых товарищей. «От нашей четкой работы зависят жизни целых подразделений», - добавляет он.

Дома ждут

Сейчас ряды операторов дронов начали пополняться молодыми ребятами. Опытным бойцам вроде Лютого это дает небольшую передышку – возможность  поправить здоровье и восстановить силы. А бывало, признается он, на передовой приходилось застревать надолго, безвылазно. За эти годы он дважды лечился в госпиталях на родине. Спецоперация перевернула его мировоззрение: острее ценишь семью, родных, простую тишину и покой. «Такие понятия, как понимание и уважение –  уже  не просто красивые слова», - говорит он и резко замолкает. В этой тишине всё сказано.

За мужество и профессионализм Лютый награжден медалями «За отвагу», Суворова, а недавно ему вручили ведомственную награду «За боевые отличия». Но главная награда- у него  дома, где бойца терпеливо ждут семья и дети.

Гүзәл Рәмиева