Дети улицы Повесть (12) Айгиз БАЙМУХАМЕТОВ

Данил проснулся от боли – затекли руки. Почему-то он лежал  перед печкой. Сверху одеяло, под головой – подушка. А что случилось? Почему не на кровати, а на полу, да еще у самой печки? Он растирал  руки и сидел в расстерянности.

–О, так ты живой! Знаешь, как нас напугал... – это был Цыган.

• Повезло. В рубашке родился, – послышался голос Ильдара.

Данил, который только проснулся, пока не мог ничего понять. Голова раскалывается надвое, в горле пересохло.

–Дайте мне воды... – только и прохрипел он.

Медленно-медленно он стал отматывать назад клубок прошлых событий. Та-ак, вчера он помогал чистить дворникам снег. Он еще давно познакомился с этими мужчинами с этой квартиры. Однажды бродил  по городу, хотел согреться и оказался в их рабочей комнатушке. Там дворники отогреваются, пьют чай, отдыхают. Для них самое тяжкое время – снегопады. Только и успевай чистить! А мастер знай, требует свое. Работай хоть с раннего утра до позднего вечера. Но все должно быть чисто. Когда Данил оказался у них, то весь двор был завален снегом.

–Давай, не шаландайся, помогай нам. Мы тебе подкинем, – сказали дяденьки. А что Данил? Он тут же согласился. Долго возился, но план, который ему задали уборщики снега был выполнен. Когда он закончил, было около девяти вечера. Но дворники не спешили расходиться. Один помчался в магазин...

Они долго сидели втроем в той комнатушке.  Если не изменяет память, то “оприходовали” две бутылки. Он помнит только, как взрослые приятели проводили его, а как он вернулся домой – совершенно не помнит. Будто полностью отключилось сознание.

–Мы ждали тебя, ждали, и решили лечь. – Ильдар стал разливать чай, рассказывая подробности вчерашнего вечера. – Кругом тишина, там мы и подумали, что ты решил остаться у знакомых. Ночь уже. Цыган к этому времени уже видел десятый сон.  Я сам проснулся от лая. Смотрю в окно – твоя псина. Встал у сада, и давай лаять. А тебя не видно. Подумал, может Звездочка решила без тебя вернуться. Не стану же я выходить посреди ночи ради собаки! Цыкнул на нее из окна и снова лег.

–А потом уже я проснулся на лай, - продолжил Цыган. – А та собака лает и лает. Сон как рукой сняло. Я уже готов был выскочить и отдубасить ее поленом.

–Я  тоже не вытерпел и решил выйти, – Ильдар перебил Цыгана. – Прихватил с собой топор, мало ли что. Мы вышли за ворота, а твоя псина все лает и словно пытается нас куда-то увести. Тебя самого нет. Я так разозлился на собаку! На улице – просто дубак. Пошли за ней, смотрим – что-то лежит. Подошли поближе, а это ты в сугробе. Всего чуть-чуть не дошел до дома, упал возле наших соседей...

Данилу было стыдно все это слушать. Кто знал, что так получится.  Почему он решил, что сам доберется до дома?

–Всю ночь не спали из-за тебя. Перепугались! – сказал Цыган. – Что только не делали, чтобы отогреть тебя. Пришлось снова топить ночью печку. Ладно, хоть вовремя успели. Если бы провалялся еще немного...

–Благодари свою собаку. Если бы не она, то сейчас читали бы за тебя заупокойную, – пробурчал раздраженный после бессонной ночи Косой.

 

***

Вот и холодная зима позади. Слава богу, снова ступили на первую траву. Но сейчас стало опасно ходить на базар. Их в лицо знают почти все продавцы этого маленького городка. Придется придумывать что-то другое...

Ильдару не спалось всю ночь. В голове крутилась только одна мысль. Идти или не идти? Нет, он сам туда не пойдет. А вот эти двое пацанов... Как ему поступить?

         Нет никого в городке, кто не знал бы Чернова. Это самый богатый человек города. И почему некоторым в этой жизни так везет? Вот что сделал такого этот дядька с огромным пузом?! Да, он крутится возле администрации. Занимает какую-то должность. Помимо этого, есть и семейный бизнес. Самый больший вино-водочный магазин в городе принадлежит этому Чернову. И никто не смеет устраивать у него проверки, запрещать что-то. Они и понятно: ворон ворону глаз не выклюет. И потому богатеют с каждым днем. И живет этот жирдяй  в самом лучшем двухэтажном доме на одной из самых красивых улиц.

         Ильдар давно уже положил глаз на этот дом из красного кирпича. А легенды о его хозяине ходят из уст в уста. Мол, всего лишь одна пара туфель Чернова – это месячная зарплата учителя. Кто-то слышал, что он хранит деньги не в банке. Говорил, что не доверяют банку, и потому предпочитает держать деньги дома. После како-то ремонта, он просто вынул пачку денег из шкафа и тут же  рассчитал рабочих! А уж о ценности каждой вещи в доме, их количестве и речи нет. Как тут не поверишь! Сейчас ведь настало время алчности, соперничества в богатстве, собирать все, что собирается. На задний план отступили  и совесть, и милосердие. И народ уже  привык  к этим рабам наживы.  И если кому-то скажут – вон у того-то дверь из чистого золота, то запросто поверят.

         Сейчас время отпусков. Многие в это время отдыхают то на морях, то за границей. Наверно, и Чернов не отстает от таких? Ильдар начал работать.  В течении недели он каждый день проходил мимо этого дома. Ворота изнутри заперты, окна закрыты, шторы занавешены... Только в одном месте форточка стоит открытой.

Косой наблюдал всю неделю, но вечером ни разу свет не загорался. И форточку никто не прикрыл. Еще он распросил своего знакомого. И вправду, хозяева уехали на отдых...

         Данил и Цыган –  отличные  ребята. Ильдару нравится их проворность и живой ум. До этого он долго испытывал их на “легких” работах. И, хвала им, не подвели. Не попадались, не создавали излишней суеты. Повезло, очень повезло Ильдару с этими оборванцами. И брюхо сыто, и голова в покое. Если бы не они, разве ходил бы он сейчас на свободе? За этих юных бродяг Ильдар особо не переживает. Поймаются, какой с них спрос?  18-ти еще нет. Значит, нет и ответственности, как у взрослых. Ильдар выйдет сухим из воды. Но ведь и им нравится то, чем они занимаются.  Вон, стоит Цыгану только поручить, он тут же бросается выполнять задание. И все делает с большим рвением.

 “С такими можно и в разведку,  – думал про себя Ильдар. – Но времени терять нельзя. Нужно решиться”.

 

***

–А если не получится? – Цыган отодвинул чашку в сторону и встал из-за стола. Для него это предожение было полной неожиданностью.

–Так ты не каркай,  ворон нашелся! – Хозяин не собирался уступать. – Я все разузнал. В доме никого. Хозяева уехали на отдых...

Данил тоже решил высказаться:

–А других предложений нет? Почему нужно “чистить” именно этот дом?

–Надоело по карманам шарить. Детские шалости. Это не наш уровень, – Косой настаивал на своем.

Парни приутихли. Страшно, что скрывать. До этого они еще ничего такого не делали.  И “дело” какое!  Грабеж дома! К тому же – такого хозяина! Но Ильдар умел убеждать. Не его учить, какие доводы нужно приводить в таких случаях. Главное тут – не умолкать! Говорить, что придет на ум, именно в такие моменты колебания. Если те начнут переубеждать, дело не выгорит. В подобных ситуациях инициативу должен перехватить один человек. Нужно переубедить их во что бы то ни стало.

–Вы доверьтесь мне,  – Ильдар присел у печки и прикурил. И подозвал ребят к себе поближе. – Я уже подумал, как все провернуть. Все чисто. Не надо ничего бояться. Проще простого. Зашел, взял, вышел.

Данил искал пути отступления:

–До этого мы ходили по базару. Карманы обчищали. С голоду не умерли...

Косой посмотрел недобро покосился на него:

–Забудьте о тех временах. Мы ходили туда  только тренироваться. А сейчас в вашей жизни начинается другой этап. Целовать так королеву, брать так банк!

–Все равно страшно, дядя Ильдар! За такое большое преступление не знаю, что тебе сделают...

 

 

–Ха-ха... – Хозяин рассмеялся их наивности. – Это есть большое преступление? Вы еще не знаете, что есть большое. Некоторые начальники в красивых галстуках, в костюмах воруют миллионами, миллиардами! И все имущество, которое должно принадлежать всему народу, течет в одни лапы. Да. А он и в ус не дует. Нет человека, который бы осудил его, привлек к ответственности. Как думаете, почему я стал на этот путь? Я мщу, назло ворую, потому что в нашей стране без воровства не прожить...

Ильдар разгорячился так, что ребята даже не смели спорить с ним. Наверно, эта горечь копилась в нем давно. И теперь он вскипел, словно хотел словами добиться некоей справделивости.

–А ты говоришь – большое преступление. Больше не смей так шутить, ладно, Данил? Живу я на этом свете, живу, и понял, что того, кто украл курицу или магнитофон – сажают в тюрьму. А кто захапает завод или целый лес – тот живет на свободе. Где справделивость?! И раскаиваюсь я в этой жизни только о том, что не работаю там, где можно много наворовать. Жил бы припеваючи, делал бы, что душе угодно.

•  

Артығын һөйләп ташланым шикелле, тип уйлап ҡуйҙы Илдар. Һүҙҙе ҡыҫҡа тоторға булды:

— Ә Чернов кеүек хужаларҙың өйөнә төшөү — хәләл эш. Ул байлыҡты тир түгеп тапмаған.

 

Ильдар подумал, что, кажется, сболтнул лишнего. И решил закругляться со своей речью:

– “Обчистить” дом таких, как Чернов – это благодеяние. Он не зарабатывал эти деньги в поту.

            Как было оговорено заранее, на ночной грабеж направились Данил и Цыган. В таких делах собака – лишний груз. Можно попасться из-за нее. Залает –  пиши, пропало. Поэтому ее оставили в доме. Ильдар заранее проинструктировал, как нужно действовать. И втолковал все о  возможных промахах. Это только на словах все легко: перепрыгнуть через кирпичный забор, залезть в форточку, взять драгоценные вещи и уйти…  А исполнить все – сложно.

* * *

–Цыган, не знаю, как ты, а мне не нравится эти выкрутасы Косого, - сказал Данил после паузы, пока они шли к дому. – Дает нам какие-то страшные задания. И делает свои черные дела нашими руками...

–Так-то оно так. А что поделаешь? Мы же одна команда.

         Данил в этот момент просто ненавидел себя. Почему-то снова вспомнил про отца. Казалось, что он прямо сейчас с небес наблюдает за ним. О, Господи! Наверно, ему ужасно стыдно, что его сын дожил до такого дня. Теперь он прекрасно понимает, что ему хотел сказать отец во сне. “Почему я такой двуличный, такой лживый?” – эта мысль не давала покоя.

Снова вспомнил о Лейсян. В тот раз, возвращаясь из ее дома, какое обещание он себе давал? Что больше не будет воровать! Но слова не сдержал. И в этом безволии он винил и себя, и идущего рядом Цыгана, и Косого, который предпочел остаться дома.  Да уж, а если об этом узнает Лейсян? Больше всего он боялся ее осуждения, что однажды вскроется его обман.

Они приближались к красному кирпичному дому, и сердце уже стучало так, словно вырывалось из груди. В голове роились тысячи мыслей.

–Если на этот раз все обойдется, то я все поменяю в жизни, - сказал Данил. – Я больше не буду жить у Косого, и воровать больше не буду. Так больше жить нельзя...

–Я долго думал об этом, Данил. Дай бог, я тоже пойду искать родственников. Наверно, смогут приютить. Работать могу, слава Богу. Вот только бы заработать на дорогу.

–Все, договорились. Завтра же сбегаем от Косого. – Парни скрепили свои обещания рукопожатием.

На улице темно. Ночь.  Кругом тишина. Не слышно ни звука. И дом стоит, словно осиротелый. Самое главное – нет собак. Но только вот забор очень высокий. Так еще и выстроили его из кирпича. Словно крепость.  Нужно действовать, как велел Ильдар. Данил поставил обе руки на колени и сделал “лестницу”, а Цыган встал на него. Затем он взобрался на плечи друга и полез наверх. “Хоп” – и он уже был на дворе. У Данила другая задача. Он должен караулить его.

–Как легко залезть в окно. Вот дурачки, додумались оставить форточку открытой, – подумал про себя Цыган. А что ему – такому худому – влезть в форточку?! Голова пролезает, а значит и все тело пролезет. Это правило он усвоил хорошо. Но все равно надо быть очень осторожным. Нельзя включать свет, для этого он прихватил спички. Надел перчатки, чтобы не оставлять следов. Быстро прочел молитву и потянулся к окну. Сначала просунул голову, затем просунул обе руки, уцепился за раму и подтянул все тело. Получилось прекрасно. Он быстро оказался внутри.

И в этот момент Данил вздрогнул от страшного воя сирены. Дом, казался, дрожал от сигнализации, от которого сердце готово было выскочить наружу! Все внутри похолодело: что это?!. Ах, чертовы богатеи! Знают, как защитить свое имущество!

–Цыган, скорее! Бежим! – закричал он что есть сил. В таком случае остается только одно – бежать!.. Значит, весь дом под охраной.  И скоро она прибудет сюда.

Цыган, дрожа от страха, потянулся, чтобы выйти. Он снова ринулся к той форточке. Все лицо и руки были изодраны. Но он не чувствовал боли. Главное – вырваться из дома!

–Быстрей! Быстрей! – Данил торопил его.

Цыган, наконец, выпрыгнул из окна, но самостоятельно не мог залезть на высокий забор. Он пытался открыть ворота, но они были на замке. Он метался туда и обратно. Это была ловушка! И нет ничего, похожего на лестницу. А та сирена и не думает замолкать, гудит и гудит!

• Че тормозишь? Выходи скорей!

–Не могу! Забор высокий...

Неподалеку  послышался шум машины. Мотор рычит, едет на большой скорости. Подъехала охрана. Все, конец.

–Ты спрячься там, – больше у Данила не было мыслей. И, пытаясь спастись сам, он прыгнул в сад соседнего дома. И скрылся в кустах, чтобы его никто не заметил.

Машина с визгом остановилась возле двухэтажного дома. Оттуда выскочили четверо здоровых парней. У каждого в руке по дубинке. Данил это хорошо видел в свете фар. Один с лязгом открыл ворота, все вместе прошли во двор. А та сигнализация и не думает останавливаться, все орет.

Данил желал только одного – чтобы не нашли Цыгана. Он вспоминал все молитвы, какие он знал. Цыган шустрый парень, наверно, найдет где спрятаться, надеялся он. И вот сигнализация умолкла. А сердце стучит. Чем все это закончится? В этот момент парень проклинал Ильдара. Ему сейчас хорошо в теплом доме. Если все завершится благополучно, он найдет теперь что сказать Косому. Но в такой момент минуты кажутся часами. И все внутри сжалось, а охранников нет и нет. Все рыщут, что-то ищут, твари.

— Ах, вот он где лежит, тварь! — закричал кто-то из них.

— Попался, ворюга!

— Это же беспризорник. Знакомое лицо!

Данил закрылся обеими руками и замер. Он так надеялся на чудо, но все было иначе.  Было слышно, как те отчаянно избивают Цыгана. «А-а-а,не ломайте мне руки. Не надо...» Сопротивление подростка, желание вырваться, видимо, только вызвали ярость мужчин.

— Мы тебе все руки и ноги переломаем!

— Будешь знать — куда лезть.

–Не трогайте меня! Мама-а-а-а! – Цыган надеялся их разжалобить, плакал и умолял их. Но охранники с дубинками, словно волки, которых раззадоривает кровь,  и не думали останавливаться. Гулкие удары эхом отдавлаись вокруг. Мужчины не знали жалости и били туда, куда можно было попасть.  Удары дубинок  один за другом молотили и голову, и ребра, и руки-ноги парня. Из ушей и рта Цыгана лилась кровь.

Быть свидетелем такого избиения – это огромное потрясение. И Данилу ничего не оставалось делать, как просто закрыть уши руками. Из глаз лились слезы. И ведь ничем не может помочь другу – вот в чем ужас... Выйдет – так его самого ждет такая же участь. В эти минуты казалось, что весь мир проваливается в зыбкость. Данил сожалел, что родился на этот свет.

–Спа-си-те-е-е! – Цыган все еще надеялся, что кто-то услышит его и придет на помощь. Но никто не мог ему помочь. Озверевшие мужчины продолжали избиение.

Они выкинули обессилевшего, окровавленного Цыгана на улицу, сели в машину и исчезли из виду.

 

* * *

Данил торопился унести избитого друга в дом Косого. Но из его стараний ничего не вышло. Несколько часов ушло, чтобы пройти каких-то сто метров. Цыган все время стонал, через пару-тройку шагов останавливался.

–Данька, постой, – захлебываясь кровью, стонал Цыган. – Мне тяжко, я больше не могу идти, хочу полежать...

–Потерпи немного, потерпи... – Данил старался утешить друга, и тащил его, не сбавляя темпа. – Сейчас мы будем дома.

– Не-е-ет. Постой... Больше нет сил терпеть, – заплакал он. – Внутри что-то колет, голова кружится. Слышишь меня, пожа-а-алуйста! – Цыган умоляюще выкрикнул это слово. Данил вздрогнул. Но ведь нельзя положить человека посреди улицы. Он свернул к многоэтажкам, и осторожно уложил друга в густой кустарник.

Цыган безостановочно харкал кровью... Стараясь унять свою боль, он свернулся клубком и массировал живот. Данил, видя его ужасающее состояние, замер, не зная что и делать.

• Ну же, что мне делать? Что будет, если я вызову “Скорую”?

Цыган все харкал кровью, катаясь по земле и, наконец, смог что-то сказать.

–Дела плохи, Данька, – сказал он, стоная. – Все тело ноет. В животе, словно раскаленное  железо. Кости  ломит. И левая рука не движется. Похоже, сломана.

Когда Данил услышал все это, его снова бросило в дрожь, лоб покрылся испариной. Если он прямо сейчас не поможет другу, то все закончится плохо  – это было ясно.

–Ты терпи, терпи изо всех сил, хорошо? – сказал Данил. – Я мигом.

Цыган промолчал. У него уже не было сил что-то ответить.

–Но ты не закрывай глаза, ладно. Слышишь меня – не закрывай, –  умолял Данил, и, оставив друга под кустарником, что есть сил помчался по улице.  Он прекрасно понимал, что сейчас каждая минуте бесценна. И потому, когда увидел машину у магазина, тут же устремился к ней.

–Дядя, помоги!

Усатый шофер сначала с удивлением посмотрел на подростка с ободранными руками и лицом, да к тому же в каких-то обносках.  Уже по одному виду было ясно, что перед ним мальчишка из крайне неблагополучной семьи.

–Чего тебе? – в голосе шофера уже послышались жесткие ноты.

–Там... Возле тех домов лежит мой друг. У него ужасное состояние. Его бы отвезти в больницу... – Данил умоляюще смотрел на усатого мужчину.

–И что мне делать?

–Дядя, у вас же машина есть.

–А что тебе до нее?.. У меня дома и жена есть, – шофер отмахнулся от него, как он назойливой собаки. Затем зажег двигатель машины, со всей силы надавил на газ и рванул вперед.

К сожалению,  Данил не убедил мужчину. Но ведь он обязан помочь Цыгану  во что бы то ни стало! Каково ему сейчас, бедолаге? Лишь бы не потерял сознание. В такое время надо действовать очень быстро. У кого просить помощи? И тут он внезапно вспомнил про таксофон. Да, на улице Ленина есть одна телефонная будка. Одна остановка отсюда. Ладно, хоть звонок по “03” бесплатный. Значит, нужно бежать туда. И Данил  помчался в к таксофону, не чувствуя своих ног.

Набрал “03” и даже не успел прислонить к уху, как услышал на том конце провода женский голос:

– «Скорая помощь» вас слушает…

–Помогите! Мой друг умирает…

–Что случилось?

–Его избили. Он постоянно харкает кровью. И стонет. Говорит, что в животе что-то колет, – Данил попытался все объяснить как можно подробней.

–Понятно, – перебила его сотрудница “Скорой помощи”. – Називте имя и фамилию, год рождения.

–Имя... Как это... – Данил растерялся,  не зная что и ответить. Он  ведь кроме клички Цыгана ничего и не помнил.

–Говорите быстреее.

–Его имы Цы-ы... а нет, Тимур. Ему исполнилось 16 лет. А фамилию не знаю.

–Хм... Какой же ты друг, если даже не знаешь имя и фамилию? Можете хотя бы назвать точный адрес?

–Улица Горная, дом 13... – Данил быстро выпалил из себя точный адрес.

–Говорите полностью. Какая квартира?

–А-а, - Мальчик снова растерялся, не зная, что и ответить. Но нужно собраться мыслями и прояснить ситуацию. – Там не квартира. Он лежит в кустах возле этого дома.

–Что? Какие кусты? Ты смеешься надо мной?

–Я не смеюсь, тетя. Мой друг лежит там, он харкает кровью. У него нет места жительства...

–Мамочка! – в том конце провода послышалась брань. – Из-за этих бомжей вся работа стоит. Дерутся между собой, а потом давай нам названивать. Вы думаете, больше нет людей, которые нуждаются в нашей помощи? Здесь не успеваешь ездить по квартирам, в которых больные.

–Приезжайте, ну, пожалуйста! – Слезы брызнули из глаз Данила. Его просьбу, похоже, услышали на том конце провода.

–Ладно, ждите! – ответили ему. Разговор был окончен.

 Когда он снова побежал к Цыгану, тот был уже практически в бессознательном состоянии и лежал, согнувшись клубком  на голой земле. Лицо опухло, глаза были глубоко впавшими. Они загорелись надеждой, как только увидели Данила:

–«Скорая» приедет?

Данил поспешил его успокоить:

–Да, сейчас приедет. Ты как чувствуешь себя, Тимур? – Он сейчас тоже начал говорить дрожащим голосом. И пусть он привык к его кличке, но когда его друг был в таком плачевном состоянии, ему хотелось обращаться по имени.

Он попытался приподнять его.

–Давай подготовимся, сейчас приедет “Скорая”.

• Не трогай, Данька... Не нужно.

–Давай я тебя дотащу вон до того подъезда. Тебе нельзя лежать на земле.

–Нет, – тяжело вздохнул Цыган. – Я сейчас  не смогу подняться. – Из его глаз брызнули крупные слезы. Данил до этого ни разу не видел, чтобы Цыган так плакал.

–Успокойся, друг. Не болтай чепухи...

–Я не шучу, Данька. – Цыган передохнул, чтобы набраться сил и медленно продолжил. – Ну почему я такой несчастный? Так хотел в этом мире пожить по-человечески. Есть горячую еду, спать в чистой кровати...

–Будет еще... Сейчас тебя увезут в больницу...

В этот момент Цыган глубоко вздохнул. Что-то больно кольнуло его в живот, и он застонал на всю округу.

Чувствуя, что силы уходят с каждой минутой, он торопился высказать наболевшее:

–Наверно, Господь отправил меня для того, чтобы я испытал все страдания.  Ничего хорошего так и не увидел, что что обидно.

–Еще будут счастливые деньки впереди...

–Нет, Данька. Твоя собака, и та намного счастливей нас с тобой. Его хотя бы желаеют люди на улице, кинут то косточку, то хлеб. А нас кто-нибудь жалел? Вон, погляди на меня – нет ни одного места без синяка или ран... – Он сумел только лишь пошевелить пальцами, указывая на ногу. Каждое слово Цыгану давалось с огромным трудом.

У Данила не оставалось слов утешений. Нельзя было не соглаисться с этими словами.

–Разве другие не видели, как мы голодали, замерзали в холодрыгу? Им нет до нас дела. Каждый живет своими заботами. Я не нужен этому жестокому, несправедливому миру. А так хочется жить...

–Не говори так, – Данил взял руку Цыгана, желая его хоть как-то утешить.

–Я уже перестал чувствовать и ноги, и руки. Словно сейчас улечу куда-то. Даже боюсь закрыть глаза...

–Терпи, терпи! «Cкорая» уже едет...

Цыгана тут же увезли. Но когда прибыли эти люди в белых халатах, он уже был без сознания. Данил тоже хотел поехать с ними, но его не взяли.

...После обеда Данил сам сходил в больничный городок. Он находился на окраине города. Сначала зашел в приемную, рассспросил, в каком отделении находится его друг. Он не знал точной фамилии, найти было нелегко.

–Есть один неизвестный мальчик, которого привезли с улицы Горной. Время привоза 7 часов 30 минут. Сейчас находится в травмотологии. Попробуйте туда сходить, – сказала женщина из регистратуры.

Двухэтажный корпус отдела травматологии был расположен за главным корпусом. Данил побежал туда. Если сделали укол, то наверняка, состояние друга улучшилось, думал он. Но медсестры не спешили отвести его к палате. Они завели его в кабинет заведующего отделением.

–Вы к кому? – спросил пожилой мужчина в белом колпаке.

–Тимур... Его сегодня привезли в ваше отделение. 16 лет. – Мужчина, спокойно сидевший за столом, встал и подошел поближе к Данилу.

–А вы ему кем приходитесь?

– Младший брат. – Подросток испугался, что его не пустят в палату. И потому решил обмануть, что он родственник. Врач вдруг замолчал. Потом хотел что-то сказать, но только повел рукой.

–Даже не знаю, что и сказать... Он потерял много крови. И давление резко понизилось...

Данил стал спрашивать, не давая врачу договорить:

–А сейчас ему лучше? Мне можно к нему?

–Реанимация тоже не помогла. Мы его не сумели спасти... – тяжело вздохнул мужчина.

Земля  поплыла под ногами Данила. Мышцы резко ослабли, и он опустился на пол...

Продолжение следует.

Перевод от Зухры Буракаевой.